Партнеры Живи добром

Дом – всюду («Земля кочевников», реж. Хлоя Чжао)


"Земля кочевников". Источник: Walt Disney/Searchlight Pictures


Есть такие люди как острова. Они существуют отдельно от всех, почти сами по себе. Живут не здесь, а везде, нигде не пускают корней. Им не нужно думать о детях, карьере, долгах, ипотеке. Эти люди – кочевники. Похоже, они и вправду свободны.


Ферн (Фрэнсис Макдорманд) – одна из них. Ей около шестидесяти, муж умер, города с грандиозным названием Эмпайр, в котором они когда-то жили, больше нет: после закрытия фабрики его просто не осталось на карте. Когда-то Ферн работала в школе учительницей, хотя теперь, кажется, и сама в этом не уверена. Больше она ни к чему не привязана, а просто живёт здесь и сейчас. Переезжает с места на место, от штата к штату, от стоянки к стоянке на своем видавшем виды фургоне по кличке Авангард. Знакомится со случайными людьми. Перебивается сезонной работой: упаковщицей на складе Amazon, уборщицей в каком-нибудь национальном парке, официанткой в закусочной, ещё где-нибудь. Какая-то подработка всегда найдется. Главное – нигде не задерживаться надолго. 


"Земля кочевников". Источник: Walt Disney/Searchlight Pictures


Почему так? Ферн – странный человек, не знаешь, чего от нее ждать, от чего она бежит, куда стремится. Ведет себя как-то по-детски, смотрит то ли сквозь собеседника, то ли за горизонт, по-настоящему приветлива с очень немногими, хотя вроде бы ко всем открыта. «Земля кочевников» Хлои Чжао – странное кино, под стать своей ускользающей от определений героине. Обманчиво простое, с непредсказуемой траекторией. Сентиментальное – но ведь местами и жестокое. Красивое – а иногда неказистое. Бессюжетное? Да вроде нет, подобие сюжета здесь есть – просто он, как и жизненный путь Ферн, дан скорее намёками и не имеет конца и начала.


Безлюдные хайвеи посреди величественных пустынь. Холодные ночи на парковках, кемпингах и автостоянках. Оператор Джошуа Джеймс Ричардс последовательно, раз за разом вписывает маленькую фигурку Ферн в панорамные кадры настоящей, невыдуманной и такой живописной Америки. А если нужно слегка прибавить меланхолии или, наоборот, добавить жизнеутверждающей легкости, на помощь приходят фортепианные пассажи Людовико Эйнауди. И вроде бы ничего такого здесь нет, вроде бы банальнее некуда, но удивительное дело: смотришь на эти рассветы и закаты под музыку – и словно видишь впервые. Может, всё дело – в интонации фильма, простой, спокойной, не пафосной, лишенной какой бы то ни было дидактики или морали. Вся мораль здесь – непереводимое «I`m not homeless, I`m houseless», сказанное героиней Макдорманд в самом начале. Дом – это просто слово. Или то, что в любой момент можно взять и увезти с собой.


"Земля кочевников". Источник: Walt Disney/Searchlight Pictures


Именно поэтому кто-то увидит в скитаниях Ферн экзистенциальное странствие в поисках смысла жизни.  Кто-то – случайные перемещения от места к месту, вовсе этого смысла лишенные. Кто-то вообще сможет разглядеть здесь критику капитализма и отповедь бездушным корпорациям, равнодушным к трудностям простых людей. Но, конечно же, это не главное. И опять же, кто такие эти простые люди? Не сложен ли на самом деле каждый из них, если присмотреться поближе? «Земля кочевников» тем и хороша, что не даёт ответов и не ставит вопросы. Жизнь может быть необязательной, почему бы и нет, легко может не укладываться в готовые схемы и сценарии. А Ферн просто оставляет за собой право быть непонятой. Даже родной сестрой, даже симпатичным ровесником-кочевником Дэвидом (Дэвид Стрэтэйрн), который в итоге предпочтёт непредсказуемости стабильность, а тяготам  пути – уютный семейный кров. Да что там, на исходе двух часов характер Ферн легко может остаться непонятным даже для зрителя.



Фрэнсис Макдорманд, выступившая ещё и продюсером фильма (именно она  приобрела права на документальную книгу Джессики Брудер, ставшую затем сценарием), играет Ферн так, что перестаёт быть актрисой. Именно что становится своей героиней, растворяется в ней без остатка и легко выдерживает любой, даже самый крупный план. С легкостью ускользает от любых определений, делает всякий разговор о технике и нюансах актерской игры, о пластике и мимике ненужным и бесполезным. А ещё – постоянно взаимодействует в кадре с непрофессиональными актёрами, которых в «Земле кочевников» довольно много. Ведь почти каждый человек на пути Ферн – от реальных современных кочевников Линды Мэй и Шарлин Свэнки до гуру движения Сheap RV Living  Боба Уэллса – играет здесь самого себя, и актёров не отличить от их прототипов.


"Земля кочевников". Источник: Walt Disney/Searchlight Pictures


Всё это можно назвать поэтическим реализмом или же сказать, что «Земля кочевников» снята в квазидокументальной стилистике. Но это совсем не главное. Куда важнее, что Хлоя Чжао, для которой это всего-навсего третья по счёту режиссёрская работа, достаёт запылившийся было в гараже жанр роуд-муви и снова отправляет его в дорогу. Добивается нового звучания там, где, казалось бы, уже нельзя сказать ничего нового, попутно встраивая свой фильм не только в ряд классических представителей жанра вроде «Беспечного ездока» (1969) Денниса Хоппера или «Пустошей» (1973) Терренса Малика, но и шире – в мифологию фронтира, созданную первопроходцами американского континента. Неслучайно в финале кадр с Ферн, выходящей из дверного проёма прямо в бесконечность долин и гор, напрямую отсылает к «Искателям» (1956) Джона Форда, эталонному вестерну Старого Голливуда. Но Фрэнсис Макдорманд – совсем не Джон Уэйн, её и героиней-то можно назвать с трудом, скорее – просто человеком без роду и племени. И для Ферн обочина жизни – не суровая необходимость, а сознательный выбор. Также и для Хлои Чжао Америка – всего лишь временное место работы и проживания, а вовсе не Родина с большой буквы.


"Земля кочевников". Источник: Walt Disney/Searchlight Pictures


И, тем не менее, в «Земле кочевников» камерное становится эпическим. Может, всё дело – в большом количестве одушевлённых деталей и в том, что Хлоя Чжао способна взглянуть на них одинаково крупно и пристально. Может – в том, что Америка здесь больше похожа на декорацию к постапокалипсису, которого никто не заметил, где только угадываются осколки прежнего мира. В любом случае, во многом это кино о всматривании в окружающую тебя среду. Надо думать, это и называют современной поэзией – когда в одном фильме социальная повестка соседствует с космическими образами, а огромная статуя динозавра встречается с цитатами из Шекспира, фразами о космической пыли и ещё не дошедшем до нас свете далёкой звезды. Умные слова здесь не то чтобы нужны – возможно, «Землю кочевников» и её сложносочиненную простоту лучше воспринимать не умом, а сердцем.


Как-то раз у Жана Кокто вроде бы спросили, что бы он вынес из горящей комнаты. И он ответил: «огонь». Ферн, где бы ни оказалась, наверное, забрала бы с собой воздух. И, скорее всего, просто не стала бы отвечать.


"Земля кочевников". Источник: Walt Disney/Searchlight Pictures


«Земля кочевников» – в кино с 11 марта.


Иван Цуркан


 

Рекомендуем

Изящный жест – 85 лет со дня рождения Карлоса Клайбера
Царскосельская скульптура освобождается от «теплой одежды»
Выставка «Саора. Племя. Индия»
В тридевятом штате, в тридесятом боро («Сиротский Бруклин» реж. Эдвард Нортон)
Must-have
К 100-летию БДТ
«Импровизационный БАТЛ. Федеральные игры». Севастополь
Беседы об итальянском кино. Пресс-конференция к открытию фестиваля N.I.C.E.
Рина Зеленая. Маленькие роли большой актрисы
10 самых известных саундтреков в истории