Партнеры Живи добром

Еще раз о современной женщине ("В постели с Викторией" реж. Жюстин Трие)


"В постели с Викторией"

20 октября в российский прокат выходит комедия режиссера Жюстин Трие. В оригинальном названии фильма не говорится о постели, но прокатчики, по всей видимости, решили добавить немного пикантности… В итоге, российскому зрителю предлагается для просмотра лента с весьма провокативным названием «В постели с Викторией». Правда, в изобретательности переводчиков есть и изрядная порция смысла. Постель Виктории – метафора, которая отсылает не только к физической близости, но и к иной интимности: от банального единения душ до возможности остаться наедине с собственными мыслями и чувствами, попытаться разобраться в себе и понять, чего на данный момент тебе так не хватает, что, кстати, тоже стало весьма банальным... Но постель – место не только для близости, это место и максимальной беззащитности и отрешенности. Кушетка психоаналитика, в конце концов, тоже постель. В работе Жюстин Трие все эти коннотации в той или иной мере обыгрываются: Виктория (Виржини Эфира) проводит добрую часть своей жизни в постели, или же постель занимает добрую часть времени героини Виржини Эфира.

Виктория работает адвокатом. Ее клиенты торговцы наркотиками и обвиненные в насилии или убийстве. По вечерам к ней приходят мужчины, знакомство на одну ночь с которыми одинокая женщина заводит с вполне прозаичной целью. Ее не смущает то, что в соседней комнате спят две маленькие дочки, а на диване валяется их нянечка – продавец запрещенных веществ Сэм (Венсан Лакост), которого Виктория когда-то спасла от тюрьмы. Периодически детей навещает бывший муж Виктории Давид (Лоран Пуатрено), забывший о том, что надо бы платить алименты, и мечтающий стать великим писателем. Черная полоса в жизни востребованного адвоката начинается с того, как ее друг и в прошлом бывший ухажер Венсан (Мельвиль Пупо) просит о помощи. Незадачливого любовника очередная пассия обвинила в изнасиловании и попытке совершения убийства, ей вторит и еще одна его подружка. В это же время бывший муж Виктории переживает взлет в своей карьере: грязные истории об экс-супруге, сдобренные годами копившейся желчью и завистью интеллигента, набирают популярность в интернете и приносят ему уважение коллег. Жизнь Виктории превращается в сущий ад. Она бегает по гадалкам, специалистам по восточной медицине и психоаналитикам.

Ситуация весьма плачевная, и фильм Жюстин Трие вряд ли можно назвать искрометной комедией. Юмор в ней присутствует, но он с лихвой разбавлен драматической составляющей. Юмористические эпизоды соседствуют с депрессивными кадрами.

Отношения между женщинами и мужчинами -  сквозная линия в фильме: о них говорят и в прямом смысле судят, выставляют на всеобщее обозрение и порицание как в зале суда, так и в блогах. Но Трие не смакует детали чужих отношений, а  высмеивает саму возможность сделать близость предметом значимых и осмысленных обсуждений, приглашая далматинца и обезьяну в качестве свидетелей в деле «бывшие против Венсана». 

При этом в повествовании Трие нет и грамма декларативности. К заслугам режиссера и сценаристов можно отнести то, что они не стали читать нотации, восторгаться образом властной карьеристки или, наоборот, отчитывать главную героиню фильма за все ее ошибки дней минувших. В фильме также нет симпатичных персонажей, все они достаточно противоречивы, черты, мягко говоря, отталкивающие в них сопрягаются с изрядным обаянием актеров. Улыбка Виржини Эфира как минимум заставляет улыбнуться в ответ и забыть о том, что Виктория оставляет детей на попечение наркоторговцу, пусть и хорошо знакомому. Венсан капризен и ленив, но шарм Мельвиля Пупо делает его героя притягательным. Давид представляет собой удивительную комбинацию самозабвенной тупости и образованности, назойливости и аристократизма.

Хоть фильм Трие выстроен по образу большинства голливудских романтических комедий, и в конце нас ожидает вполне очевидный финал с избитыми признаниями в любви и глупости, тем не менее комедия и свойственные ей клише в данном случае – только удобная форма для более серьезного содержания. В центре внимания Трие остается женщина, но не женщина глазами самой женщины, а женщина по большей части глазами мужчин, за исключением экстрасенса, конечно (хотя все женщины, по известному выражению, ведьмы, так что и гадалка, выдающая скупые предсказания, – тот еще сексистский выпад, или оговорка по Фрейду?). Если быть предельно точным, то самой Виктории в «В постели…» практически нет. Зато есть нагромождение представлений о том, какова же успешная женщина в XXI веке по версии окружающих ее людей. Персонаж Виржини Эфира складывается из точек зрения ее бывших и нынешних любовников, людей, к которым она обращается за помощью (гадалка, специалист по восточной медицине, психоаналитик). В их высказываниях Виктория отчаянно пытается разглядеть себя, не узнает то, что ей преподносят, и все же примеряет навязанные образы, потому что времени на себя у нее просто нет. Отсюда и все имеющиеся перекосы и гиперболы в образе Виктории: в квартире у нее свинарник, дети ей не нужны, спит она со всеми подряд и не видит в любимом мужчине человека. Ее историю рассказывает не беспристрастный наблюдатель и не она сама, а те, кто случайно оказался в ее жизни.

Справедливости ради, надо сказать, что какой же он настоящий мужчина в современном обществе, Трие тоже не рискует открыто говорить. Если на его роль претендует новый возлюбленный Виктории, то, схематично прорисовывая образ Сэма, режиссер и сценарист наделяет его собачьей преданностью, желанием развиваться, трудолюбием и все же грязной работенкой, оставляя за кадром его жизнь, прошлое, семью.

«В постели с Викторией» не уморительная комедия, как «Любовь не по размеру», в которой зритель не так давно имел возможность видеть Виржини Эфира. В работе Трие задействовано несколько жанров, причем поочередно, потому не удивляйтесь, что в одном фильме вы увидите и то, как показания далматинца в суде уступают фактам, предоставленным обезьяной; и безработную мать-одиночку, горько плачущую рядом с маленькой дочкой.


"В постели с Викторией"


Елена Громова


 

Рекомендуем

Чингиз Айтматов. Лицо советского востока
Сэм Браун - путь к славе
Уильям Тёрнер: «Солнце - вот Бог!»
Государственный центральный театральный музей имени А.А.Бахрушина
XVIII New British Film Festival. "Последнйи портрет"
Мастер современной японской гравюры Оно Тадасигэ
FollowTheFabrika. Четвёртый этап
Джаз осенью 2017
Кино. Премьера. "Параллельные прямые пересекаются в бесконечности"
Кино. Премьера. «По небу босиком» или Ребрендинг по-кавказски