Партнеры Живи добром

"Если ты влюбляешься, это мешает танцевать". Интервью с Денисом Родькином


Денис Родькин – человек с нестандартной для премьера Большого театра судьбой. Он окончил хореографическое училище при Московском государственном академическом театре танца «Гжель», а уже в 2009 году и был принят в балетную труппу Большого театра. Сегодня он премьер главного театра страны. Такая персона не может не вызывать вопросов, поэтому мы пригласили Дениса на небольшой блиц.


А опера Вам нравится? Какие предпочтения у вас в оперном искусстве?

Впервые сильное впечатление на меня произвела опера «Хованщина» в театре им. Станиславского и Немировича-Данченко. А вообще первая моя опера – это «Руслан и Людмила» в Большом театре. Думал, что приду и увижу классическую постановку, как это положено, но в итоге был очень разочарован. Я еле-еле высидел, держало только то, что это было после открытия исторической сцены.


Ваш педагог Николай Максимович Цискаридзе говорил, что чувства в балете мешают, однако для артиста очень важен собственный эмоциональный опыт. Так чувства в балете мешают или помогают?

Смотря какие чувства. Если ты влюбляешься, это мешает танцевать, честно скажу. А если ты испытываешь какие-то интриги в театре, то это наоборот, тебя заводит. У тебя что-то происходит внутри, ты начинаешь подсознательно еще больше работать. Появляется какой-то нерв. Этот нерв помогает выглядеть на сцене именно таким, каким хочет тебя видеть зритель, в зависимости от спектакля. Танцуешь «Лебединое озеро», этот нерв придает большей интересности твоей роли, танцуешь Спартака – большей агрессивности. Нельзя оставлять человека в спокойных уравновешенных чувствах, всегда нужно подпитывать его либо отрицательной, либо положительной энергией.


Денис Родькин


После окончания хореографического училища при театре танца «Гжель» у вас был выбор: пойти в солисты к Борису Эйфману или же в Большой театр в кордебалет. Почему вы выбрали именно Большой?

В меня особо никто не верил тогда, но главное, что верили в меня мои родители, когда я еще не поступил ни к Эйфману ни в Большой, и я в себя верил, поэтому я понимал, что если я пойду в Большой театр, то у меня должно все сложиться достаточно неплохо. Кто-то говорил, что данных нет, кто-то говорил, что есть. Но я прекрасно понимал, что они есть, что у меня все получится. Тем судьба и интересней, что я такой нестандартный. Все выпускаются из Академии Русского балета, из МГАХА, а я выпустился из училища, которого свет балетный никогда не знал.


Денис Родькин


Но в ранних своих интервью вы говорили, что не рассчитывали на премьерство.

Я не рассчитывал, когда пришел в Большой театр. Действительно, когда я пришел, труппа была очень сильная. Еще танцевали легендарные артисты: Николай Цискаридзе и Андрей Уваров. В моем представлении они были идеальные премьеры. И я понимал, что это запредельный уровень, что нужно очень много трудиться. Даже иногда и вера в себя не помогала, потому что понимаешь, какие люди рядом с тобой стоят и занимаются с тобой. Поэтому я какое-то время особо и не верил, что все сложится. Я не думал о том, что я буду премьером, мне казалось, что если я буду солистом это уже будет очень здорово, но аппетит приходит во время еды. Когда я стал солистом, я захотел быть первым, ведущим, премьером. И вот так потихонечку и пошло. И даже сейчас, несмотря на то, что я премьер Большого театра, мне хочется еще большего. Желание совершенствовать себя, танцевать не только в России, но и  в заграничных театрах перебарывает меня.


Александра Станина


 

Рекомендуем

Дыхание молодости в кино 60-х
Юбилейный вечер Эмилии Москвитиной
Хроника слабого сердца («Бык» реж. Борис Акопов)
Кино. Лучшие роли Джулии Ормонд
Микаэл Таривердиев. «Я просто живу, или жизнь как она есть»
БСО им. П. И. Чайковского открывает 89-й сезон
Военный корреспондент Константин Симонов
Обновленные «наряды» картошки фри помогут детям
M2M Russian Open: «Сколково» ожидает игроков и зрителей!
Фестиваль короткометражного кино и анимации «Новый горизонт»